Наблюдение

Я вышла из машины первой, даже не обернувшись, знала, что он смотрит мне вслед. Вечерний воздух был прохладный, но меня всё ещё грело шампанское и его руки под столом на протяжении всего банкета. Ноги немного заплетались, но не от выпитого, а от предвкушения. Я достала ключи, покачнулась, и он придержал меня за локоть. — Осторожнее, Наташ. Голос у него был низкий, спокойный, с этой его манерой растягивать слова, от которой у меня каждый раз что-то переворачивалось внутри. Виктор Петрович, мой непосредственный начальник, сорок шесть...

Я должен был Славе сорок тысяч еще с прошлой зимы. Тогда казалось, что займу и быстро отдам, но с работой не складывалось, потом уволили, потом нашел новую, но там платили меньше. В общем к осени я уже понимал, что сумма выросла: Слава считал проценты, каждый месяц напоминал, но не давил. Он вообще был спокойный, из тех, кто умеет ждать. С Верой мы жили вместе третий год. Она работала в салоне, я крутился где придется. Секс был обычный: два-три раза в неделю, по выходным подольше, без выдумок. Меня устраивало. Ее, кажется, тоже, хотя пару раз...

Аспирантка кафедры социальной антропологии Алиса третий год корпела над диссертацией о современных ритуальных практиках. Тема была скользкой, пахла грантами и международными конференциями, но материала катастрофически не хватало. Ей нужен был полевой выход — не в библиотеку, не в онлайн-опросы, а в настоящее, живое, потное нутро изучаемой субкультуры. И когда её научный руководитель, седой профессор с вечно бегающими глазами, нехотя обмолвился о существовании в городе закрытого клуба «Паноптикум», Алиса поняла: вот он, её билет в большую...

Всем привет. Снова я, муж. Нам с женой по 34, в браке пять лет. Опишу её — она сегодня будет в центре внимания. Жена — девушка с точёной фигурой, узкой талией и широковатыми бёдрами, которые она сама немного стесняется, а я от них без ума. Грудь второго размера, очень отзывчивая на ласки, с тёмными ореолами и сосками, твердеющими буквально от сквозняка. Волосы — каре до плеч, тёмные, густые. И глаза — большие, карие, которые в момент возбуждения становятся почти чёрными и немного косят, когда она закусывает губу. Эту деталь я замечал каждый раз, когда...

Всё началось с протечки. Самой банальной, какой-то даже издевательски бытовой. На кухне, прямо под мойкой, засорилась и потекла труба, и сколько я ни пытался подкрутить разболтавшуюся гайку, вода лишь начинала капать чаще. Мои инженерные потуги вызывали у Инги, моей жены, только снисходительную улыбку. — Павлик, перестань, — сказала она наконец, стоя в дверях кухни и наблюдая за моими мучениями. — Ты же ничего не умеешь руками делать. Ни в доме, ни в постели. Я вызову профессионала. Последние слова она произнесла с какой-то особенной...

Мы с Верой купили дачу три года назад. Старый бревенчатый домик на окраине посёлка — место тихое, вокруг сосны, воздух пьянящий. Жена сразу загорелась: «Сделаем из него конфетку!» Долго искали мастеров, но то цену ломили несусветную, то сроки срывали. А потом соседка по участку посоветовала Андрея — парня из местных, мол, руки золотые, берёт недорого и делает на совесть. Андрей оказался мужиком лет тридцати пяти. Коренастый, жилистый, с натруженными руками. Одевался просто — растянутая майка, рабочие штаны с наколенниками, но было в нём...

Я лежал в отдельной палате — повезло, подсуетились родственники. Аппендицит вырезали два дня назад, прокол ещё побаливал, но уже отпустило. Ночь, тишина, медсестры изредка шаркают тапочками по коридору. Я дремал под успокоительное, но проснулся оттого, что дверь тихо приоткрылась. Вообще-то я лежал лицом к стене, одеяло натянуто почти до подбородка. В палате горел только ночник над дверью, так что тот, кто вошёл, вряд ли мог разглядеть, сплю я или нет. Я решил не шевелиться. — Сюда, здесь никого не бывает, палата платная, — услышал я молодой...

Парок уже стоял такой, что с трудом можно было разглядеть лицо напротив. Мы с мужиками попарились на славу, выпили по паре кружек пива и теперь валялись в предбаннике. Моя Верочка, моя ненаглядная жёнушка, принесла нам холодного кваску. На ней был лишь коротенький шелковый халатик, который она запахнула небрежно, едва прикрыв свою соблазнительную грудь. Мои друзья, Колян, Толян и Серёга, плотоядно заулыбались. В бане, после жары, кровь играет, желания обостряются. Колян, самый дерзкий из моих приятелей, поймал Веру за руку. «Чего это муж тебя...

Я переехал в областной центр поступать в университет. Своего жилья у родителей там не было, снимать комнату дорого, и меня приютила мамина сестра, тётя Вера. Ей было сорок пять, она работала бухгалтером на швейной фабрике. С мужем развелась лет десять назад, жила одна в просторной двушке, держала кота и, как мне тогда казалось, поставила крест на личной жизни. Мне было девятнадцать. Я и раньше замечал за собой эту странность. В электричках, в очередях, на улице мой взгляд всегда прилипал не к ровесницам с их худыми джинсами и рюкзачками, а к женщинам...